05 июня 2026.
/46ТВ/.
Небольшой зал курского Литературного музея сегодня почувствовал вкус аншлага. Школьники и студенты, молодежь и люди старшего поколения не оставили ни одного свободного места. Оказывается, в 21 веке, веке высоких технологий и искусственного интеллекта, Пушкин – по-прежнему «наше все».
- Пушкин жив и жива его поэзия, - улыбается старший научный сотрудник курского литературного музея Ирина Михайлова. – Поэт жив тогда, когда читают его стихи. Правильно? Пушкина читают.
За примером идти близко. Декламация с листа на фоне портрета поэта.
- Так, поздним хладом пораженный,
Как бури слышен зимний свист,
Один на ветке обнаженной
Трепещет запоздалый лист …
Это Пушкин на родном языке. А это «Я памятник воздвиг себе не рукотворный», но на амхарском. На нем разговаривает Эфиопия – родина предков поэта.
Слушатель подготовительного факультета ЮЗГУ Эльзабет Кенау из Эфиопии. Девушка, если вглядеться, даже чем-то похожа на Александра Сергеевича. Представила проект «О Пушкине из Эфиопии с любовью».
- В моей стране, - говорит студентка, - очень любят Пушкина. Его стихи переводят на амхарский. В Эфиопии есть улица Пушкина. Называется Александр Пушкин.
А в Курске есть улица Пушкинская и памятник поэту на Театральной площади. Возле него сегодня тоже звучали стихи. И на русском, и снова на амхарском.
- Пушкин – великий для нас поэт, - уверена студентка курского колледжа культуры Софья Терентьева. – Он везде. Он важен для нас. Мы любим его и ценим, каким бы плохим он не был. Какая бы правда плохая ни была, мы все равно его любим. Он велик.
- А поподробнее каким плохим он был?
- Пушкин в юности очень любил вызывать на дуэли, и был человеком, любящим женщин. Но все равно его стихи, его сказки, его произведения были просто потрясающими.
А бронзовый Александр Сергеевич сегодня был явно не в форме. Птицам не сообщили, что завтра у «солнца русской поэзии» праздник. А может голуби мстили. И за дуэли, и за женщин…
- Пушкин жив и жива его поэзия, - улыбается старший научный сотрудник курского литературного музея Ирина Михайлова. – Поэт жив тогда, когда читают его стихи. Правильно? Пушкина читают.
За примером идти близко. Декламация с листа на фоне портрета поэта.
- Так, поздним хладом пораженный,
Как бури слышен зимний свист,
Один на ветке обнаженной
Трепещет запоздалый лист …
Это Пушкин на родном языке. А это «Я памятник воздвиг себе не рукотворный», но на амхарском. На нем разговаривает Эфиопия – родина предков поэта.
Слушатель подготовительного факультета ЮЗГУ Эльзабет Кенау из Эфиопии. Девушка, если вглядеться, даже чем-то похожа на Александра Сергеевича. Представила проект «О Пушкине из Эфиопии с любовью».
- В моей стране, - говорит студентка, - очень любят Пушкина. Его стихи переводят на амхарский. В Эфиопии есть улица Пушкина. Называется Александр Пушкин.
А в Курске есть улица Пушкинская и памятник поэту на Театральной площади. Возле него сегодня тоже звучали стихи. И на русском, и снова на амхарском.
- Пушкин – великий для нас поэт, - уверена студентка курского колледжа культуры Софья Терентьева. – Он везде. Он важен для нас. Мы любим его и ценим, каким бы плохим он не был. Какая бы правда плохая ни была, мы все равно его любим. Он велик.
- А поподробнее каким плохим он был?
- Пушкин в юности очень любил вызывать на дуэли, и был человеком, любящим женщин. Но все равно его стихи, его сказки, его произведения были просто потрясающими.
А бронзовый Александр Сергеевич сегодня был явно не в форме. Птицам не сообщили, что завтра у «солнца русской поэзии» праздник. А может голуби мстили. И за дуэли, и за женщин…